Уважаемые участники Анти-Оранжа!

Наш ресурс обновился. Для входа на сайт требуется использовать функцию восстановления пароля по этой ссылке

ВАЖНО! Если Вы запросили пароль, но письмо не приходит - проверяйте папку СПАМ, пожалуйста!

| Война цивилизаций |
Просмотров: 9207
0 Плохо0

В середине июля этого года Украину ждало неприятное известие: НАТО настаивает на том, чтобы Киев порезал и направил на переплавку танки Т-64 советской разработки и производства. Таких танков, по оценкам украинского центра ЦИАКР, сегодня в составе Вооруженных сил Украины – и в боевом составе, и на армейских базах хранения военной техники - находится около 2 000 единиц (по другим данным, порядка 1 600). Уничтожение танков профинансируют страны-доноры в рамках Трастового фонда программы НАТО «Партнерство во имя мира».


Как уточнил руководитель проекта NSPA (Агентства НАТО по материально-техническому обеспечению, до недавнего времени именовалось NAMSA – Агентство по техническому обслуживанию и поставкам) в Украине Василий Литвинчук, одни только Соединенные Штаты выразили готовность выделить $1 млн на утилизацию украинской военной техники. Более детально вопрос утилизации танков будет решаться в ближайшее время, когда в украинскую столицу прибудет делегация НАТО, уполномоченная для проведения переговоров с украинской стороной.

На пороге беззащитности

То, что Запад уже два десятилетия подряд стремится обезоружить Украину – непреложный факт. Однако ранее деятельность упомянутого Трастового фонда НАТО тяжелых вооружений не касалась, и была направлена на уничтожение избыточных боеприпасов, легкого вооружения и стрелкового оружия, а также переносных зенитных ракетных комплексов в Украине. Этот проект разделен на четыре этапа и рассчитан на 12 лет - до 2018 года. Согласно ему, в Украине уже утилизировано и подготовлено к уничтожению 1 тысяча единиц переносных зенитно-ракетных комплексов (ПЗРК), 133 тысяч тонн боеприпасов и 1,5 миллиона единиц легкого вооружения и стрелкового оружия.

С одной стороны, дело, казалось бы, нужное – по крайней мере, в части, касающейся боеприпасов. Из 1,7 млн тонн ракет и снарядов, лежащих порой под открытым небом на объектах военного ведомства с 1991 года, на 2005 г уже около 1,2 млн тонн (а это 70% всего подобного «добра»!) требовали немедленной утилизации. А в 2012 г эта цифра упрямо приблизилась к 90%. Но сравним цифры: надо утилизировать 1,7 млн тонн, а НАТО выделяет средства на жалкие 133 тыс тонн, причем растягивает удовольствие до 2018 г. Ясно, что такая помощь никак не спасает «взрывоопасную» Украину. Зато дает возможность под этой маркой «резать» заодно и остатки запасов оружия, которые остались в Украине, которые и сегодня пригодны для использования (теми же автоматами и пулеметами Калашникова сегодня воюет полмира, и будет воевать еще десятилетия), а также которые можно модернизировать.

Аргумент, что такое большое количество оружия не нужно Украине с ее постоянно сокращающейся армией, критики не выдерживает. Во-первых, ясно, что нынешние сокращения в условиях украинской внеблоковости – это авантюра, и вызвана не объективной оценкой существующих угроз, а исключительно желанием сэкономить на военной сфере. Следовательно, при «адекватной» власти армию снова придется увеличивать, однако вооружать ее уже будет нечем. А во-вторых, оставление оружия только в войсках при ликвидации запасов означает, что Украине попросту нечем будет вооружать свой мобилизационный резерв в случае начала широкомасштабного конфликта и проведения всеобщей мобилизации.

Но еще совсем недавно казалось, что отправка на металлолом автоматов-пулеметов и ПЗРК (кстати, самое идеальное по соотношению эффективность/стоимость оружие против нынешней главной силы вооруженной агрессии – авиации) – это лишь последнее действо, проводимое НАТО под занавес эпопеи с полным разоружением Украины. Ведь длится этот процесс уже очень долго.

В частности, лишившись на заре независимости стратегических бомбардировщиков Ту-160 и Ту-95 (которые объективно не были нужны Украине), при президенте Викторе Ющенко, в январе 2006 г, на аэродроме под Полтавой был уничтожен и последний дальний бомбардировщик Ту-22, а затем и крылатые ракеты Х-22 к нему. Деньги для утилизации украинских самолетов выделил тогда Конгресс США. Что интересно, американцы подвели «обескрыливание» украинских Воздушных сил (тогда они еще назывались «по человечески» - ВВС) под двустороннюю «Программу совместного уменьшения угрозы», хотя видимых причин для этого не было. Дело в том, что эта программа направлена на ликвидацию на берегах Днепра стратегических наступательных вооружений, коими Ту-22 никогда не были. Кстати, во времена подписания знаменитого договора ОСВ-2 между США и СССР о сокращении вооружений тот же Конгресс США устраивал специальные слушания по вопросу, считать или нет Ту-22 стратегическим. Однозначно решили – нет, это представитель именно дальней авиации. Но Украину почему-то решили их все-таки лишить. В итоге, с ликвидацией Ту-22, «взрослая» бомбардировочная авиация вымерла в Украине как класс, а в составе Воздушных сил остались только тактические и военно-транспортные «борты».

Ну ладно, при прозападном Ющенко НАТО всегда добивалось своего. Но стоило надеяться, что с приходом Виктора Януковича эта пацифистская вакханалия прекратится. Но нет – весной 2011 г был порезан на металлолом и последний из ракетных комплексов 9К72 (по классификации НАТО - «Scud-В», они же «Скад»), находившихся в составе Вооруженных сил Украины. Сам процесс ликвидации украинских «Скадов» растянули на несколько месяцев, причем порадоваться этому зрелищу приезжал на 48-й арсенал хранения боеприпасов вблизи города Калиновка в Винницкой области и теперь уже бывший посол США в Украине Джон Теффт. Работы по уничтожению последних украинских «Скадов» проводила украинская корпорация «Содружество» под контролем специалистов американской компании «Global Offshore Projects» (США выделили на этот проект 2 млн долл). В рамках реализации этого проекта в течение 5 месяцев былы уничтожены сами комплексы и около 200 ракет для них.

Стоит отметить, что комплексы «Скад» были последними «взрослыми» вооружениями в Вооруженных силах Украины, т.е. являющимися оперативно-тактическими и способными нести ядерный боезаряд. Эти комплексы за свою жизнь в украинской армии пережили немало «приключений». Созданные еще в конце 50-х годов прошлого столетия, украинские «Скады» были поводом сильнейшего давления со стороны Вашингтона. Долгое время США фактически вымогали, чтобы Украина порезала свои «Скады», аргументируя ее присоединением к международному Режиму по контролю за ракетными технологиями (РКРТ) и договоренностям, существующим по ракетам малой и средней дальности (РСМД). Хотя ни под какие международные договора это оружие не подпадало, - Украине согласно им запрещено иметь ракеты с радиусом действия более 500 км, а «Скад» может «работать» только до 300. В 1998 году все эти комплексы, имеющиеся в ВС Украины, были сведены в три ракетные бригады 1-й ракетной дивизии (в каждой бригаде – до 18 «Скадов»), а затем, по мере их списывания, бригады были расформированы.

Стоит сказать и несколько слов о самой Программе совместного уменьшения угрозы. Возникла эта Программа в 1993 году, благодаря принятому в конце 1991 года закону Нанна-Лугара (по фамилиям сенаторов – соответственно, демократа и республиканца), целью которого было в интересах национальной безопасности США содействовать правительствам новых независимых государств на просторах бывшего СССР в выполнении ими обязательств по контролю над вооружениями и в обеспечении сокращения стратегических ядерных вооружений и их носителей. В 2001 г, через десять лет осуществления Программы, правительство США констатировало, что выделило на ее реализацию в общей сложности более 4 миллиардов долларов.

Основные мероприятия Программы проводились совместно с национальными правительствами Государственным департаментом и министерствами энергетики, обороны и торговли. Проекты в рамках Программы осуществлялись в России, Украине, Беларуссии, Казахстане, Латвии, Литве и Узбекистане. Кстати, Россия при Борисе Ельцине сама, согласно этой Программы, была серьезно «пощипана»: за 10 лет в ходе ее реализации из МБР на территории Российской Федерации было извлечено около 5 тысяч ядерных боеголовок, уничтожено около 400 стратегических ракет и шахтных пусковых установок и утилизировано 12 ядерных подводных лодок. Затем проекты в России продолжились по линии ВМФ (атомный подводный флот) и, в основном, касательно российского химического оружия.

Но в плане реализации Программы совместного уменьшения угрозы между Россией и Украиной есть очень существенная разница. В России, действительно, за американские средства ликвидировано немало образцов вооружений, боеприпасов и объектов инфраструктуры. Но при этом в основном речь идет о тех осколках бывшего советского могущества, которые безнадежно устарели, - то есть россияне лишились ненужных им «игрушек» за американские деньги. Однако главное - то, что была уничтожена лишь часть от имеющегося потенциала России. В то время, как в Украине фактически пущено под нож все, «имеющее право» называться стратегическим или оперативно-тактическим.

С порезкой «Скадов» в ВС Украины остались только ракетные комплексы типа «Точка» дальностью действия 70-120 км в разных модификациях. Комплексы весьма устаревшие, да и дальность действия говорит за себя – заменой «Скадам», которые фактически были украинским оружием сдерживания, их никак не назвать. Правда, в апреле 2009 года украинская власть заявила, что через 2,5 года Украина начнет собственное производство оперативно-тактических ракетных комплексов «Сапсан». Но, как известно, недавно министр обороны Павел Лебедев сообщил о закрытии этой программы. Украина подошла вплотную к порогу собственной беззащитности.

У этого состояния есть только один плюс (правда, не для рядовых украинцев, а для участвующих в процессе военных чиновников и бизнесменов). Он состоит в том, что на «выбивание последних зубов» у Украины Запад выделяет неплохие средства, немалая часть которых при должном умении может осесть в карманах украинских «партнеров».

Бессмертное «Содружество»

К слову, об основном украинском подрядчике западных «инвесторов», вкладывающих деньги в украинское разоружение. Частная корпорация «Содружество» (главный офис расположен по адресу г.Киев, ул. Фрунзе, 19/21) является, как выражается ее руководство, крупнейшим оператором на украинском рынке утилизации боеприпасов и вооружений. Многие годы ее возглавляет Метишов Василий Афанасьевич - бывший первый заместитель начальника Главного ракетно-артиллерийского управления Генштаба ВС Украины. Что поневоле наталкивает на мысль, что именно связи гендиректора в военном ведомстве позволяют корпорации без проблем получать заказы на утилизацию вооружений, проводимую за деньги НАТО.

Корпорация «Содружество», при всем демонстрируемом желании оставаться в тени, имеет достаточно скандальную репутацию. Одним из самых громких скандалов был связан с взрывами на 275-й артбазе под Новобогдановкой, где прежде работали сотрудники корпорации, утилизируя боеприпасы. О причастности корпорации к этой трагедии прямо заявил сам генеральный прокурор Украины Геннадий Васильев, назвавший «Содружество» «благотворительной организацией», чьи сотрудники вместе с военнослужащими разбирали на территории армейских складов в Новобогдановке снаряды, что привело сначала к пожару, а затем взрывам. Понятно, что руководство «Содружества» горячо отрицало свою связь с этими трагичными происшествиями.

Но вопрос был не только в причинах взрыва. В ходе расследования происшествия возникли вопросы относительно целевого использования выделяемых на утилизацию боеприпасов средств, причем в махинациях могло быть задействовано, вместе с сотрудниками корпорации, и командование артбазы, где они работали. На эти обвинения господин Метишов отвечал просто: «Если установлено, что перечисляемые нами деньги командир части присваивал, пожалуйста, разбирайтесь с ним... Говорят: "А вот вы там работы проводили!". Даже если и проводили, ну и что? Всю ответственность несет воинская часть, она за это деньги получает». В итоге история так и не получила продолжения.

Однако вскоре случился еще один казус. В мае 2004 г погиб полковник Генштаба Александр Судаков, который курировал вопросы утилизации боеприпасов на артскладах Украины, в том числе и взорвавшейся 275-й базы под Новобогдановкой. Доследственную проверку по данному факту проводила военная прокуратура Дарницкого гарнизона, причем в материалах расследования фигурировала именно корпорация «Содружество». Понятно, что в корпорации также отвергли все обвинения в какой-либо причастности к гибели Судакова.

Интересно, что после всех этих темных историй теплое сотрудничество корпорации. Минобороны и НАТО не прекратилось. Еще бы: «Содружество» ведет свою историю с 1993 года, со времени лишения Украины ее ядерного щита, утилизации межконтинентальных баллистических ракет и уничтожения ракетных шахт. Сотрудничество давнее и плодотворное.

Кстати, автор этих строк знаком с военным журналистом, который в свое время провел весьма серьезное журналистское расследование по нецелевому использованию средств, выделяемых Западом на эти проекты, и опубликовал его в гражданских СМИ. После чего «утилизаторы» затаскали его по судам. На вопрос, отчего же США и НАТО смотрит сквозь пальцы на манипуляции с их деньгами, мой товарищ отвечает: для них главное – результат, то есть уничтожение вооружений в Украине, а потому они и терпят «украинскую специфику».

И еще один момент. Еще в 2004 г правительство намеревалось было создать новую компанию по утилизации боеприпасов – не частную, а государственную. Которая, объединив ряд предприятий Минобороны и заводы Минпромполитики, заменила бы «Содружество». Но, как видим, корпорация до сих пор с успехом режет украинское оружие за натовские деньги.

К слову, утилизация вооружений и боеприпасов является неплохим средством «дерибана» натовских средств (как и собственных бюджетных, поскольку этот процесс частично финансируется и госбюджетом Украины) и в самом Минобороны Украины. Совсем недавно, в конце июня этого года, Счетная палата официально заявила о выявлении фактов «неэффективного использования» чиновниками оборонного ведомства средств, направленных на утилизацию обычных видов боеприпасов. В ведомстве отмечали, что «темпы утилизации боеприпасов выросли с 19 тыс тонн в 2008 году до 50 тыс тонн в 2012 году», что облегчило махинации со средствами – в итоге Минобороны «неэффективно использовало» 12,8 млн гривен. «Также зафиксированы недостатки в организации достоверного учета боеприпасов, подлежащих утилизации, несоответствие номенклатуры боеприпасов, включенных в перечни, их фактическому наличию. Все это затрудняет госпланирования мероприятий по утилизации и создает условия для злоупотреблений в использовании госимущества», - было сказано в отчете Счетной палаты. О привлечении к ответственности виновных по сей день информации нет.

Двуличный «денежный мешок»

Впрочем, чем меньше у Украины остается вооружений, то есть чем больше снижается ее «опасность», тем больше расслабляются в Брюсселе. В апреле 2013 года произошел беспрецедентный случай: под угрозой срыва оказался второй этап проекта Трастового фонда НАТО в рамках программы «Партнерство ради мира» по уничтожению в Украине обычных боеприпасов, легких вооружений и стрелкового оружия (ЛВСО). Причина – НАТО не дало на проект обещанных денег. В частности, директор ГП «Укроборонсервис» Евгений Голубенко горько посетовал, что угроза срыва проекта вызвана его недостаточным и неритмичным финансированием странами-донорами из НАТО. По его словам, с нынешними темпами финансирования второй этап программы будет длиться не четыре года, как это запланировано, а 8 лет.

Обеспокоенность темпами финансирования второго этапа проекта разделили и США, выступающие основным донором проекта Трастового фонда НАТО. Как сообщил и.о. директора Бюро по сокращению и нераспространению вооружений Госдепартамента США Стивен Костнер, количество доноров проекта по сравнению с первым этапом сократилось с 18 до 7, тогда как объем работ и потребность в финансировании возросли. «В рамках второго этапа речь идет об утилизации уже не 15 тысяч тонн боеприпасов, а 73 тысяч тонн. И на эти цели нужно уже не 11 миллионов евро, а 25 миллионов евро», – отметил он.

Возмущение украинской стороны особо вызывает тот факт, что свои обязательства перед НАТО наша страна выполняет в полной мере. Так, в Минобороны в последние месяцы неоднократно хвастали, что с присоединением к операции НАТО «Океанский щит» в феврале 2013 года Украина, не будучи членом Альянса, стала участницей всех без исключения операций этого военно-политического блока. Поведение для внеблоковой державы, которой провозгласила себя Украина, весьма странное. Но в ответ на свою активную помощь НАТО украинская власть, очевидно, рассчитывала на какие-то ответные «бонусы». И помощь по утилизации боеприпасов – из их числа.

Но, принимая военную помощь от Украины, Брюссель не спешит не то что идти навстречу пожеланиям Киева, а даже выполнять взятые на себя обязательства. Особенно интересно выглядит нынешняя «обеспокоенность» США, которые выражают недовольство тем, что страны-доноры НАТО не спешат наполнять Трастовый фонд. Сами США ранее свою задачу выполнили – ликвидировали в Украине шахтно-пусковые установки межконтинентальных баллистических ракет и наладили утилизацию самих ракет. То есть устранили ту «украинскую угрозу», которая могла каким-то образом на них сказаться. А негодные мины и снаряды – это, получается, проблема уже самой Украины. Ну и тех стран Альянса, которые сначала обещали помочь, а потом свои обещания забыли.

Особенно странно эта ситуация смотрится сегодня, когда НАТО вдруг собралось проплатить уничтожение украинских танков Т-64. На одном из недавних слушаний «для узкого круга» руководитель проекта NSPA в Украине Василий Литвинчук заявил о том, что проекты НАТО в Украине «снижают угрозу техногенных катастроф». Согласимся, так оно и есть, когда речь идет о боеприпасах и компонентах ракетного топлива. Но к танкам (как и к порезанным комплексам 9К72 «Скад», ПЗРК или дальним бомбардировщикам Ту-22) это никак не отнести – военная техника, находящаяся в боевом составе или на хранении, никакими «техногенными катастрофами» угрожать не может.

Но вот парадокс, который в НАТО стесняются объяснить: на проекты по ликвидации действительно техногенноопасных средств у НАТО денег нет, а на порезку не угрожающих никакими катастрофами танков они вдруг нашлись! Ну не чудо?

Не спешите его хоронить...

И здесь мы приходим к необходимости понять, что же на самом деле собралось нынче уничтожать в Украине НАТО. Танки Т-64 на сегодня – бронетанковый кулак украинских Вооруженных сил. На данный момент в Сухопутных войсках ВС Украины находится 686 танков, еще 41 – в войсках береговой обороны, еще от 1 до1,5 тысяч – на базах хранения, т.е. не в боевом составе. Эта техника хранится для того, чтобы в случае войны с ее помощью комплектовать танковые подразделения в ходе мобилизационного развертывания украинской армии. Абсолютное большинство из этих танков, более 90% – это как раз танки Т-64Б, да еще Т-72 еще советского производства, морально и физически устаревшие.

Танку Т-64 приписывают много недостатков, одним из показателей его «неэффективности» считая тот факт, что он практически не стоял на вооружении за пределами СССР. Однако ларчик здесь открывается просто. Т-64 – достаточно сложная машина, более того: она фактически является революционной в мире бронетанковой техники – именно с нее, кстати, в мире открылось второе поколение танков и появилось понятие «основного боевого танка» (это термин впервые применили к Т-64 на том основании, что по старым нормативам он был средним, однако обладал вооружением тяжелого танка, т.е. не вписывался в прежнюю классификацию).

Не вдаваясь в технические детали, отметим, что революционность Т-64 имела не совсем приятные последствия: танк был сложным и требовал высокого уровня подготовки экипажей (в отличие от Т-72, предельно простого в эксплуатации, а потому активно поставлявшегося на экспорт различным «друзьям» СССР из развивающихся стран). Потому его не особо любили и в Советской Армии, комплектуемой солдатами-призывниками. Проще говоря, Т-64 по сути – это танк для укомплектованной высокопрофессиональными кадрами, профессиональной армии, за которую сейчас так сражается Украина.

Свидетельством же эффективности Т-64 является тот факт, что именно этой машиной комплектовались группы советских войск, располагаемые в восточно-европейских странах соцлагеря – войска первого эшелона, которые должны были первыми вступить в противостояние с войсками НАТО. А сюда из Союза шли только лучшие кадры и лучшее оружие. Как рассказывали автору этих строк офицеры-танкисты, служившие в ГСВГ (Группа советских войск в Германии), действительно, эксплуатировать этот танк было непросто – в первую очередь возникали проблемы с обслуживанием силовой установки. Завод-изготовитель вынужден был направлять своих представителей в воинские части, которые проводили обучение офицерского состава. И только после этого, получив навыки обращения с Т-64, экипажи смогли по достоинству оценить огромный потенциал этой машины.

Журнал Armor в 1990 году в статье «Стратегический сюрприз» так оценивался советский танк Т-64: «Сегодня мы можем только предположить, какой удар мог бы нанести Т-64 войскам НАТО. Как только танк стал известен на Западе, он вызвал крах программ развития противотанкового вооружения. Конечно, лидерство не могло продолжаться более нескольких лет, но тут Т-64 вновь изменил облик с оснащением реактивной броней. Экипажи танков НАТО имели бы дело с новым образцом секретного оружия, так как Т-64 стал сюрпризом, подобно танку Т-34 во Второй мировой войне. Танкистам НАТО пришлось бы вести против него бой на худших танках с мрачным результатом. Случай с Т-34 - это не только создание нового танка для Советской армии, но и создание принципиально нового танка. Второй раз это произошло с танком Т-64. Танк Т-64 бросил вызов танкам НАТО 60-70-х годов и мог задавать тон на поле боя. Благодаря появлению Т-64 возрос потенциал Советской армии. Этот танк влияет на него и сегодня».

Отсутствие экспортных поставок Т-64 привело к тому, что боевой опыт он получил только во время войны в Приднестровье. В мае 1992 года после трехдневного артиллерийского обстрела города Дубоссары, толпа приднестровцев остановила танковую роту 14-й армии, которая возвращались с полигона. Было захвачено 10 Т-64БВ, а из местных жителей, имевших опыт службы в армии, была сформирована бронегруппа. Ее бросили в район, откуда правительственными войсками Молдовы велся интенсивный обстрел, и как раз это боевое столкновение считается первым официально зафиксированным фактом применения танков Т-64. Затем бронегруппа Т-64БВ приняла участие в отражении молдавского удара по Бендерам, было потеряно несколько машин, но именно их применение и стало залогом победы приднестровцев.

Можно сказать: так это дела давно минувших дней, и сегодня этому танку не место в войсках. Этот аргумент не соответствует действительности. Создатели Т-64 вложили в него столь мощный потенциал для модернизации, что эта машина и сегодня вполне может быть «доведена» до современного уровня.

Яркое свидетельство тому – разработанная на ХКБМ им.А.А.Морозова и проводимая на Заводе им.Малышева модернизация этой машины по схеме Т-64БМ «Булат». Целью модернизации было доведения боевых и технических характеристик танка до современного уровня, реализуясь по трем основным направлениям: подвижность (модернизация силового отделения), защита (снижение уязвимости от современных противотанковых средств) и огневая мощь (модернизация вооружения и комплекса управления огнем с целью повышения эффективности огня).

Танки, модернизированные по этой схеме, и поступают сегодня на вооружение украинской армии. Минобороны Украины определяло потребность армии в 400 таких машин, однако к началу 2012 года ВС Украины из-за недофинансирования закупили только 76 таких танков, большинство из которых попали в 1-ю отдельную танковую бригаду 8-го армейского корпуса, дислоцированную в пгт. Гончаровское Черниговской области. Незначительное количество машин этого типа поступила также в 169-й учебный центр Сухопутных войск «Десна» и Академию Сухопутных войск имени гетмана Петра Сагайдачного. Как недавно заявил министр обороны Павел Лебедев, в 2013 году его министерство закупит для нужд армии еще 9 таких боевых машин.

Конечно, возникает вопрос: а отчего бы украинской армии не закупать современные танки «Оплот» украинского производства? Ответ на этот вопрос дал еще в 2007 году тогда начальник Генерального штаба ВС Украины генерал армии Украины Сергей Кириченко, указавший, что для украинских Сухопутных войск весьма актуальным является именно модернизация, поскольку цена одного нового «Оплота» – это стоимость модернизации пяти Т-64. Против такой арифметики, согласитесь, не попрешь. И этот ответ дает понимание, насколько важен и сегодня танк Т-64 для украинских военных, находящихся в перманентном состоянии недофинансирования – ведь они, предоставляя свои машины «оборонщикам», оплачивают лишь стоимость модернизации (а ее цена составляет 420-460 тыс долл, тогда как цена нового «Оплота» - от 2,5 млн долл).

Еще один важный момент – это перспективы продвижения Т-64БМ «Булат» на внешнем рынке. Модернизированные советские танки давно предлагаются потенциальным покупателям странами Центрально-Восточной Европы, где они состояли и состоят на вооружении. Это неплохой «эконом-вариант» - отвечая после модернизации основным современным требованиям, эти машины обходятся заказчикам в разы меньше стоимости новой техники. А потому лишить Украину этих танков, находящихся на хранении, - означает и забрать у нее потенциальную возможность зарабатывать на них на мировом рынке вооружений (где, к слову, активность Киева нравится далеко не всем). Возможно, это – не последний аргумент, который сейчас заставляет НАТО взяться за ликвидацию украинских танков.

Кстати, интересный факт по поводу подобной деятельности НАТО в Украине. В одном из недавних докладов о ходе утилизации вооружений в Украине упомянутый выше представитель проекта NSPA Василий Литвинчук привел интересный аргумент в пользу уничтожения оружия: мол, это создает рабочие места в стране. Такая позиция выглядит либо лицемерием, либо откровенным издевательством. Ведь утилизация – процесс кратковременный, все оружие за копейки порезали и рабочие места исчезли. Тогда как организация модернизации 1600-2000 танков с целью их продажи – проект куда более масштабный и долговременный, способный принести несоизмеримо больше пользы – и в виде создание тех же рабочих мест, и в виде существенных поступлений в госбюджет, чего при утилизации уж никак не будет.

И еще один странный момент. Еще в июне 2011 года, выступая в ходе проведенного в Институте стратегических исследований при Президенте Украины круглого стола «Украина-НАТО: новые условия и реалии сотрудничества», все тот же Литвинчук (тогда агентство, которое он представлял, называлось NAMSA) указывал: «Существует возможность сотрудничества между NAMSA и Украиной в области морского партнерства. Его основная миссия заключается в обеспечении услуг для кораблей стран НАТО и ПРМ (программа НАТО «Партнерство ради мира» - Авт.) в иностранных портах, а именно: дозаправка топливом, обеспечение буксирами, предоставление штурманских услуг, выгрузка мусора и сточных вод, обеспечение питьевой водой и пищей и т.д.».

То есть, по сути НАТО стремится полностью обезоружить Украину и в довесок к этому лишить ее возможности зарабатывать деньги на международном рынке оружия путем поставок модернизированной военной техники. Однако тут же уготовила «стране-партнеру» другую роль – стать непотопляемой морской базой для западных военных флотов, где можно «выгрузить мусор и сточные воды», дозаправиться топливом и пополнить запасы продовольствия при выполнении различных задач в регионе. Что и говорить, «привлекательная» перспектива.

Дмитрий ТЫМЧУК

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить