Уважаемые участники Анти-Оранжа!

Наш ресурс обновился. Для входа на сайт требуется использовать функцию восстановления пароля по этой ссылке

ВАЖНО! Если Вы запросили пароль, но письмо не приходит - проверяйте папку СПАМ, пожалуйста!

| История |
Просмотров: 8996
0 Плохо0

Киев испытал горячее дыхание войны в первые же её часы, несмотря на то, что от границы его отделяло полтысячи километров. Спящий город разбудил грохот немецких бомб.


Истоки мифа

К сожалению, мы судим о многих исторических событиях не столько по фактам, сколько по устоявшимся в массовом сознании мифам. И часто в роли творцов мифов выступают художественные произведения. Например, песня на мотив «Синего платочка», которую слышал каждый:

22 июня ровно в 4 часа

Киев бомбили.

Нам объявили,

Что началася война.

«Документальным» обоснованием такой версии стало заявление Наркома иностранных дел СССР В.Молотова, прозвучавшее по радио в 12 часов 22 июня. В нём Народный Комиссар сообщал, что в 4 часа утра немецкие войска перешли государственную границу и подвергли бомбардировке советские города. Среди них упоминались Житомир, Севастополь и Киев.

Первый налёт

Советская историческая литература сообщает, что буквально за несколько минут до начала немецких атак над границей пролетело несколько эшелонов тяжёлых самолётов. Часть из них обрушила бомбы на пограничные заставы и приграничные гарнизоны, а часть проследовала вглубь советской территории. При скорости тогдашних бомбардировщиков 250-300 км/час получалось, что до Киева они добрались к 6 утра. Что и подтверждается воспоминаниями очевидцев.

Фрагмент книги «История Киева», изданной Институтом истории АН УССР, 1985г.

Ещё один миф о первом авианалёте на Мать Городов Русских появился совсем недавно, и его придумали «свидомые» националисты, пытаясь приуменьшить преступления фашистов. Якобы это были один или два случайных самолёта, сбросивших пять или шесть бомб, не причинивших никому существенного вреда. Но факты говорят об ином.

Председатель Киевской организации ветеранов войны генерал-майор в отставке В.Малёванный вспоминает: «Мы на момент начала войны жили в районе нынешней Севастопольской площади. Тогда это была самая окраина города. Несмотря на малый возраст, я помню, что 22 июня после первой бомбёжки мы из нашего дома наблюдали пожар на аэродроме».

Удар по коммуникациям

Основной задачей немцев в первые дни войны было разрушение системы управления войсками, ключевых транспортных объектов и оборонных предприятий.

Из воспоминаний летчика-истребителя Дмитрия Панова, отражавшего первый налёт немцев на Киев: «Одиннадцать наших «этажерок» (истребители-бипланы И-153 - Авт.) уже через несколько минут были над столицей Украины... Несколько девяток германских бомбардировщиков ... вывалили свой бомбовый груз на спящий город. С воздуха было видно три крупных очага пожаров. Дымно горел литейный цех завода «Большевик», который изготавливал заготовки для боеприпасов и работал в три смены без выходных. Немцы ударили тонными бомбами, вдребезги разнеся цех, в котором погибла почти вся ночная смена. Дымился вокзал, по путям которого, заставленным пассажирскими и грузовыми поездами, был нанесен бомбовый удар. Хорошо были видны горящие и сброшенные с путей вагоны, глубокие воронки, скрученные в бараний рог рельсы. Пылал ангар № 4 военного аэродрома в Жулянах. Здесь хорошо поработали с земли немецкие шпионы - наблюдатели. Из восьми аэродромных ангаров только в этом находились восемь истребителей, и закатили их туда недавно. Там был истребитель нашего командира дивизии полковника Зеленцова, его заместителя и самолеты связи. Так точно определить цель можно было только при наводке с земли».

Несколько самолётов пытались разбомбить Дарницкий железнодорожный мост (остатки его опор ещё видны рядом с современным железнодорожным мостом), но их отогнали огнём зениток, и, по воспоминаниям старожилов, несколько бомб упало на днепровские кручи.

Киевляне в первый день войны

Профессор Вячеслав Кудин вспоминает, что никакой паники не было. Была обеспокоенность, тревога перед неизвестностью. Около 11 часов он направлялся к трамвайной остановке на площади Калинина (ныне - Европейская), чтобы доехать на сдачу последнего экзамена в техникуме. Возле почтамта увидел группы обеспокоенных людей, и ему стало понятно, что случилось что-то нехорошее. Но никто ничего не знал. И тут все стали показывать в небо: над городом на большой высоте летели немецкие самолёты. Не бомбили, просто куда-то летели. А ещё через час Вячеслав Александрович вместо сдачи экзамена слушал по радио выступление В.Молотова в актовом зале техникума.

Уже на следующий день в городе начали рыть укрытия-щели на случай бомбёжек. Чтобы избежать жертв среди мирного населения при налётах на вокзал, в нём закрыли билетные кассы, перенеся их в фанерные будки, сооружённые в Ботаническом саду близ университета. Но авианалёты на Киев возобновились лишь в июле, когда В.Кудин, отстояв двое суток в очереди за билетом, как оказалось, последним пассажирским поездом уже уехал в родное село на Винничину.

На момент начала войны Александру Стахурскому исполнилось 12 лет. «Чем мне запомнился день 22 июня 1941? Мы жили тогда на ул. Осинской (ныне - Герцена), рядом с Кабельным заводом. И когда рано утром начался налёт, весь дом высыпал на улицу смотреть, что происходит. Бомбили «Большевик» и железнодорожные пути на станции «Лукьяновская». Отец моего друга Якова Гитмана, директор завода, полез на крышу по металлической лестнице. В этот момент осколком зенитного снаряда перебило крепление лестницы, и Яшкин отец упал вниз вместе с лестницей, он погиб на моих глазах. Ещё один осколок ударил в деревянный ящик с песком, на котором пару секунд назад стоял другой мой друг. Не прогони его взрослые, погиб бы и он. Какие настроения были у людей? Уверенность, что накажем врага за это подлое нападение».

В жизни найдётся место для подвига

А. Герцберг, дежурный по станции Киев-пассажирский в ночь на 22 июня 1941: «Смотрю - летят самолеты, но опознавательные знаки на них не наши, а фашистские, летят очень низко... Позже мне стало известно, что самолеты пролетали над казармами железнодорожной охраны, дежурный на вышке стрелял по ним, после чего самолеты бомбили и казармы, были человеческие жертвы».

«Оценки за экзамен нам поставили по результатам учёбы, -вспоминает В.Кудин. -На следующий день вручили дипломы, и сразу предупредили, чтобы те, кому исполнилось 18, готовились к мобилизации. Остальных же через несколько дней отправили рыть «щели». Я лично рыл это укрытие на бульваре Шевченко, почти там, где памятник Ленину стоит. Мне тогда было 16, был я невысокий и щуплый. Вытянулся только когда попал в армию. Но до этого пришлось пережить оккупацию, принудительные работы на торфоразработках, угон в рабство в Германию, побег из поезда, везущего таких же, как я, доходяг в Освенцим. И украинские полицаи хватали по дороге домой, и в болоте зимой приходилось отсиживаться, когда немцев гнали из нашего села...»

Руководитель Международного украинского союза участников войны Жорж Дыгас, посвятивший себя сохранению памяти бывших фронтовиков, приводит пример трудового героизма киевлян, эвакуировавших предприятия города: «На «Ленинской Кузнице» стояли мощные краны, которые нечем было погрузить на баржи, чтобы отправить в тыл. Хотели их взорвать, чтобы не достались врагу, но рабочие не позволили это сделать. Они вручную перенесли оборудование!».

Увы, оборона Киева, начавшаяся в августе 1941, и более двух лет оккупации унесли жизни большей части довоенного населения Киева. Но это - отдельные темы для публикаций.

Александр ГОРОХОВ

Кудин Вячеслав Александрович, доктор философских наук, профессор, почётный профессор ряда зарубежных университетов, заслуженный работник культуры Украины, член Союза кинематографистов Украины. Преподавал в Киевском университете им. Т.Г. Шевченко и других ВУЗах Киева, в университетах США, Англии, Словакии. Автор почти 30 книг и сотен научных статей. Участник Великой Отечественной войны, награждён орденом Трудового Красного Знамени, 8 медалями.

Малёванный Виктор Александрович, генерал-майор в отставке, председатель Киевской организации ветеранов войны, участник боевых действий во Вьетнаме в составе группы офицеров-инструкторов. Вместе с родителями все годы оккупации находился в Киеве. Отец Виктора Александровича был активным подпольщиком, снабжал партизан важной информацией. Тётка В. Малёванного и её муж были схвачены гестапо как хозяева явочной квартиры и вместе с семьёй, включая двухлетнюю внучку, расстреляны в Бабьем Яру.

Дыгас Жорж Трофимович, полковник в отставке, председатель Международного украинского союза участников войны, доктор юридических наук, в годы войны «сын полка». Автор многих исторических изысканий по истории Великой Отечественной войны и обороны Киева.

Стахурский Александр Степанович, пенсионер, коренной киевлянин. Вместе с матерью, братом и бабушками пережил оккупацию Киева от первого до последнего дня.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить