Печать
| Эксклюзив |
Просмотров: 10278
0 Плохо0

В конце 1991 г. на ночных дорогах западных областей Украины стали наблюдаться загадочные исчезновения того, что, казалось бы, и украсть нельзя. Неизвестные лица похищали ... отдельные буквы на дорожных указателях. Оставленные вместо них пустые темные пятна превращали названия населенных пунктов в нечто неудобочитаемое. Странная чума, пожиравшая отдельные буквы кириллицы и латинского алфавита, медленно, но неуклонно ползла на Восток и достигла дорог Харьковщины в 1994 г. Милиция, однако, злоумышленников не искала, а наутро, с первыми лучами солнца, автомобилисты вновь без проблем могли сориентироваться как проехать во Львiв, Київ, Харкiв и другие города. Водители дальнего зарубежья тоже могли найти дорогу в те же Lviv. Kyiv и Kharkiv.


Не было лишь надписей на русском языке. Свежая белая краска, которой были написаны невидимые ночью буквы, объясняла удивительный феномен. Русские названия путем замены отдельных букв были превращены в украинские. Английские эквиваленты русских слов, ранее полученные транслитерацией (т.е. записью буквами другого алфавита, но с сохранением фонетики) с кириллицы на латиницу, были также переделаны. Если указатели изначально были продублированы на украинский язык (дороги-то были всесоюзного значения, и приоритет русского написания. был вполне оправдан), то русские наименования просто уничтожались.
Не верю, что национал-энтузиасты от языкознания не знали, что "имперская" гостированная спецкраска, которой писались таблички на "мові окупантів", имеет специальные светоотражающие свойства, делающие ее видимой ночью в свете автомобильных фар, а обычные белила нет. Все-таки они профессионалы в обустройстве дорог, видимо просто руки чесались от нетерпения. Допускаю, что они слабо представляют другое - принципы записи на иностранных языках имен собственных, и вряд ли слыхали о соответствующем разделе лингвистики - ономастике, но об этом чуть ниже.
Возможно, в данном случае ростки того, что по недоразумению кое-кто называет "відродженням української мови", действительно прорастали снизу, из голого энтузиазма "нацiонально-свiдомих" кругов общественности Галичины. Это уже позже на Левобережье поступили начальствующие "вказівки" неофитов из Киева, которые сами едва научились связно изъясняться по-украински, но, будучи "большими католиками, чем папа римский", ревностно оправдывали оказанное им доверие. Поскольку инспектирующее начальство ездит преимущественно днем, то такая модернизация указателей достойна внесения в длинный реестр придорожных "потемкинских деревень", которыми так богата наша общая с Россией история.
Ирония судьбы заключается в том, что от неумной активности тех, кто любит через слово напоминать о своем "европействе", больше всего пострадало латинское написание имени нашей столицы - там остались только первая и последняя буквы - при переходе от "русского" Kiev к якобы "украинскому" (об этом чуть ниже) Kyiv середина слова канула во мрак, осталось К... v. Крепко досталось и Харькову-Харкiву: помимо вымаранного вражьего мягкого знака и буквы "о", замененной на "i", исчезла ни в чем не повинная буква "р". Ее, беднягу, сдвинули слегка вправо, чтобы заполнить пустоту от отсутствующего "ь", тут ей и пришел конец. Осталось Ха.. к... в. Похоже, что взрослые дяди решили сыграть в детскую считалку: "А" и "Б" сидели на трубе"...
Дефицит ночной светоотражающей краски можно ликвидировать турецким импортом, но откуда импортировать культуру, чтобы при дневном освещении не встретиться с висевшим на улице Котлова "шедевром" украинизации руками тех, кто не знает даже букв украинского алфавита - указателем дороги на "Бэлгород"? Помните, у О.Бендера была пишущая машинка с турецким акцентом. Похоже, она до сих пор исправно работает в "оч. умелых" ручках наших украинизаторов.
Символично, но именно "шанувальники рідної мови" собственными руками ее и распяли, превратив неньку-Україну в посмешище в глазах проезжего люда. Нельзя привить уважение к одному языку путем попрания другого.
Автор этих строк, хотя и неравнодушен к затронутой теме, но так бы никогда и не собрался написать сию статью, если бы не одно, лично его коснувшееся, обстоятельство. В полном соответствии с описанной практикой в моем новом загранпаспорте весьма бесцеремонно изменено устоявшееся латинское написание фамилии и имени. Я, Александр Смирнов, никогда проблем с именем-фамилией не знал. Во всех моих теперь уже трех внутренних паспортах (включая новый украинский, где вопреки давлению националистов или по их недосмотру удалось сохранить двуязычие) запись на русском языке делалась как написано выше, а на украинском как Олександр Смирнов. Забегая вперед скажу, что хотя запись Смiрнов предпочтительнее, но меня и "Смирнов" устраивает, я не в претензии. В первом моем загранпаспорте, полученном еще во времена СССР, запись была сделана по-русски и по-французски как Alexandre Smirnov. Во втором загранпаспорте, выданном МИД независимой Украины в 1992 г., первая запись сделана уже по-украински, вторая - вновь по-французски. Для справки замечу, что вопреки широко распространенному мнению, по вековой традиции официальным языком дипломатических сношений является французский, а не английский язык. Сомневающиеся могут взглянуть на водительские удостоверения, выданные в любой неанглоязычной стране мира, включая СССР и независимую Украину, везде они увидят французское "Permis de conduire", а не английское "Driving license". В крайнем случае, франко-английское дублирование, например, международные почтовые авиационные отправления "Par avion" - "Air mail". Само слово "паспорт" также франкоязычного происхождения и означает пропуск для прохода в порт, т.е. на морскую границу Франции. Поэтому есть смысл подумать над тем, что означают наши так называемые "внутренний" и "заграничный" паспорта. Тогда, может, станет ясно, почему в США роль первого играет любое удостоверение личности с фотографией, например, то же водительское удостоверение, а роль второго - просто паспорт. Но это, как говорится, к слову.
В полученном мною загранпаспорте нового образца первая запись сделана по-украински, вторая - уже по-английски как Oleksandr Smyrnov. Аргументация работников ОВИР следующая: согласно постановлению Кабмина
Украины N 231 от 31.03.1995 г. заграндокументы оформляются на украинском и английском языках, причем английская запись получается путем транслитерации украинской. К тексту постановления приложена таблица перехода от украинского алфавита к английскому (так называемая "украинская латиница"), а простейшая компьютерная программа автоматически выполняет перевод имен и фамилий с одного алфавита на другой. Разночтения и варианты записи исключаются.
Таким образом, в отношении моих русского имени и фамилии была применена двойная процедура - сначала их перевод на украинский язык, то есть украинификация, а затем транслитерация на английский. Не следует путать мое добровольное согласие называться на украинском языке, который родственен русскому, украинифицированными именем и фамилией, с моим правом настаивать на сохранении фонетики своего русского имени на любом другом - в том числе украинском и английском - языках.
Право граждан на сохранение национальных имен и фамилий зафиксировано в Законе Украины "О национальных меньшинствах" (здесь не будем обсуждать, являются ли русские «меньшинством»). Без иронии скажу, что пана В. Чорновила можно поздравить с тем (статья написана в 1998 году до гибели Чорновила), что русскоязычные газеты практически перестали звать его В. Черноволом. Это его право, и его нужно уважать.
Переход фамилий и имен весьма деликатная и неоднозначная процедура, которая не может не быть добровольной. Сотрудники паспортного стола исходят из того, что русское прилагательное "смирный" переводится на украинский как "смирний". Ну, а если моя фамилия произошла от наречия и военной команды "Смирно!", которая переводится как "Струнко!", значит по их логике быть мне Струнковым.
Далее, поскольку имена Александр и Олександр пришли из греческого языка (вспомним моего знаменитого тезку Александра Македонского из Македонии, кстати, в украиноязычных учебниках истории его имя обычно пишут через "А", а не "О", и это правильно), то можно предположить, что фамилия моих предков происходит от названия другой древнегреческой провинции со столицей городом Смирна (современный Измир в Турции). В украинской топонимике (раздел ономастики, посвященный географическим наименованиям) этот город записывается как Смiрна, значит, все-таки, я - Смiрнов! Это, конечно, шутка, но шутка не слишком далекая от правды.
В первый период насильственной большевистской украинизации 20-30-х годов можно было прочесть "про великого російського поета О. Гарматного" (А. Пушкина), а в годы борьбы с космополитизмом и чуждыми влияниями мелькнула даже фамилия крупнейшего физика-теоретика А. Однокамушкина (А. Эйнштейна). В школьном учебнике физики середины 60-х, по которому я учился, реликтом сохранился Михаил (Майкл) Фарадей. В 1989 г. болгарское правительство Тодора Живкова затеяло широкомасштабную кампанию насильственной болгаризации имен этнических турок-граждан Болгарии. Результатом были кровавые межэтнические конфликты, дестабилизация внутри страны и ее внешнеполитическая изоляция, ускорившая крах режима.
Попытки переводить имена собственные занятие малоперспективное в силу ограниченных возможностей приемлемого перевода даже на родственные языки. Но это лингвистическая сторона дела, а в случае грубого администрирования это чревато нарушением политических прав человека. Иное дело транслитерация - более универсальный прием, позволяющий минимизировать неизбежные потери и сохранить узнаваемость личных имен и географических наименований одновременно на многих языках. Мое согласие быть украинским Олександром (резервируя право и по-украински быть записанным как Алєксандр) связано прежде всего с тем, что в украинском языке такое имя уже есть. По этой же причине я не согласен по-английски записываться как Oleksandr, поскольку в английском языке такого имени нет, зато есть Alexander. Волеизъявление носителя имени в подлинно демократическом государстве является решающим аргументом в выборе единственного варианта записи из множества альтернативных.
Наивна фетишизация компьютерного транслитерирования ("у нас это делает компьютер, значит - это верно"). Компьютер - только исполнитель команд программиста и оператора, он не грамотнее их. Зато теперь с его помощью можно строить уже "виртуальные" потемкинские деревни для начальства, которое за плоскость экрана монитора не заглядывает. В 1994 г. Госкомитетом по науке и технологиям была распространена компьютеризированная форма подачи документов для участия в конкурсе на финансирование проектов. На дисплеях и духу русского не было, одна держмова, да еще какая, с последней новинкой украинской орфографии - буквой "ґ"! Но когда принтеры выдали на гора винегрет из украинских и русских слов, причем русские "э", "ы" шли вперемешку с "ї" и " ґ" стало ясно на каком языке в неформальной обстановке общаются авторы программы. Дело обычное, нужно было к сроку показать, что деньги, выделенные для перевода документации на держмову освоены, информатизация успешно продвигается... Ну, недоработка вышла, слегка поспешили....
В отличие от антропонимики, раздела ономастики, изучающего имена личные, в топонимике, официальные волеизъявления о самонаименовании на других языках, почти не известны. В большинстве случаев жителей стран и городов совершенно не интересует, как их называют на других языках. Во-первых, за всеми не уследишь, во-вторых, говорить "как надо" не заставишь. Изменения названий городов на иностранных языках обычно автоматически отслеживают изменения их самоназваний при смене государственной принадлежности (Порт-Артур - Люйшунь) или внутренние изменения топонимики (Царицын - Сталинград - Волгоград). Иногда эти изменения игнорируются по соображениям экономической целесообразности (Гонконг для некитайцев не стал Сянганом), или политической конфронтации (Хо-Ши-Мин для американцев остался Сайгоном). В условиях стабильной топонимики изредка бывают исключения. В 1935 г. Иран обратился в Лигу наций с просьбой, чтобы мировое сообщество использовало его самоназвание "Иран", а не "Персия", что и было сделано. Комичным было требование Народного фронта Эстонии в 1989 г. на Первом съезде народных депутатов СССР о добавлении второй буквы "н" в русское написание слова "Таллин". Еще более комично, что М. Горбачев, этот неофициальный чемпион мира по игре в поддавки, дабы не раздражать гордых прибалтов, тут же услужливо распорядился "восстановить справедливость". Можно ли представить обмен нотами протеста по поводу того, что в Великобритании пишут "Moscow", а не "Moskva", а в России говорят "Лондон" вместо "правильного" "Ландон"?
Между тем, самоутверждаться путем замены записи "Kiev" на "Kyiv" -явление того же порядка. Это вопрос не отвлеченной теории, а вполне практичный. Представьте финского водителя-дальнобойщика, который гонит свой трак в нашу столицу по теперь уже международным трассам по территории бывшего СССР. Ему языки всех народов СССР за исключением, кстати, эстонского, одинаково чужды вместе с английским. Могу гарантировать, что на территории Российской федерации, той же Эстонии и Белоруссии он будет искать и находить таблички с указанием дороги на "Kiev". Только въехав на Украину он столкнется с тем, что "Kiev" исчез. Последовательное развитие линии на "исправление" топонимики приводит к тому, что и на сохраненных русскоязычных табличках нужно будет писать "Кыив". Можно лишь пожелать, чтобы наши горе-реформаторы в своей активности не забывали медицинский принцип "не навреди!"
Вся эта бурная деятельность во имя сомнительной цели могла бы быть частично оправдана, если был бы хоть какой-нибудь конечный результат. Но ведь он начисто отсутствует! Постановление Кабмина N 231 предписывает украинскую букву "и" (русское "ы") передавать английской буквой "y", а букву "ї" английским буквосочетанием "yi". Таким образом, Київ должен записаться как "Kyyiv". Вопиющая нечитаемость несуществующего в английском языке диграфа "yy" очевидна, но после 1995 года покалеченному в 1991 году написанию названия нашей столицы (Кiev - Kyiv) наносится еще более тяжкое увечье - его начали писать как "Kyyiv"!
Но даже и это не главное. Главное заключается в том, в фонетическом аппарате английского языка отсутствует звук, соответствующий украинской переднегласной фонеме [и]. Если руководствоваться при транслитерации не постановлениями украинского Кабмина, а изданным в Великобритании украино-английским словарем издательства McMilan (для меня это больший авторитет чем инструкция нашего кабмина), то украинская буква "i" и фонема [i] транслитерируется на английский как "ee" и [ee], а украинская буква "и" и фонема [и], транслитеруются как "i" и [i] соответственно. Таким образом, моя фамилия может быть записана либо как Smeernov (если настаивать на украинском написании через украинское "и"), либо как Smirnov. Знающий английский и украинский языки читатель сразу видит, что эти рекомендованные англичанами варианты весьма далеки от украинского произношения. Но прочие написания, рекомендованные нашими доморощенными реформаторами теперь уже английского языка, еще хуже.
Русский заднегласный звук [ы] весьма близок к украинскому [и], в неспециальной литературе и в быту их просто не различают. Поэтому, быть может, другие, пусть не украинские, а русско-английские словари косвенно подтвердят правоту Кабмина? Посмотрим, что пишет по этому поводу другой авторитетный изданный в Великобритании русско-английский словарь Collins Gem. Поразительно, но он вообще ничего не пишет! Для единственной во всем алфавите буквы "ы" сделано исключение - соответствующий ей звук английскими символами не передается, стоит прочерк. Вот как пытаются описать такой простой и привычный для нас звук [ы] жители туманного Альбиона сами для себя: "Он похож на долгое "и" (то есть англ. "ее"), но с языком, выгнутым аркой и глубоко погруженным в рот".
Английская буква "y", которую навязывает Кабмин, может передавать в зависимости от обстоятельств три разных звука, один из них - это обычное русское "и" или украинское "i". Написание Smyrnov в принципе допустимо, но не более того - это далеко не лучший вариант. Таким образом, все попытки особым "украинским" способом переложить на английский язык как мою фамилию, так и название нашей столицы изначально обречены на провал. Все равно для носителей английского языка звучать они будут через мягкое "и", то есть, как бы по-русски. Ситуация заурядная, поскольку фонетические искажения при транслитерации чаще есть, чем их нет, "происки Москвы" тут не при чем.
Если бы постановление Кабмина издается только для внутреннего употребления - для работников ОВИР, пограничников, то всё было бы в порядке. Люди они служивые и их дело - исполнять. Если же это постановление преследует цель, чтобы личные имена, записанные согласно ему, читались носителями английского языка (англофонами) на особый, отличный от русского, украинский манер, то дело, боюсь, безнадежное. Не было бы проблемы, носи такая транслитерация рекомендательный характер, она тоже имеет право на существование. Но нет же - только так!
По эффективности влияния на произношение англофонов на их родном языке, это постановление не уступает другому решению нашего правительства - о введении своего «украинского» времени, на час более близкого к вожделенной Европе, чем московское. Не важно, что время восхода Солнца определяется геодезическим меридианом, который на крымской долготе гораздо ближе к Москве чем ко Львову. Геополитической коррекции по приказу из Киева оно не поддается. Можно, в конце концов, в протяженной по широте стране иметь два часовых пояса, это еще не сепаратизм и не подкоп под соборность. Но на желание крымчан жить по московскому времени из столицы Украины опять слышен окрик: "только так!". А бумага любые указания Кабмина стерпит: и о том, как говорить англофонам наше "ы", и о том, когда всходить Солнцу.
Но почему это должны терпеть тысячи моих сограждан, которые вдруг оказались в положении персонажа старой эстрадной миниатюры про человека, добивавшегося справки "о том, что он - не верблюд". Вот свежий случай. Как известно, наше государство - хозяин своего слова: хочет - даст, хочет - назад возьмет. Один мой коллега-физик в 1996 году за свои кровные немалые денежки получил еще "серпастый-молоткастый" с записью "загранпаспорт действителен в течение 5-ти лет". С ним он полетел в далекую Бразилию работать по контракту, поскольку эта банановая республика, в отличие от некоторых европейских держав, не только своих ученых на улицу не выставляет, но и иностранных физиков-теоретиков приглашает и хорошие им деньги платит. Приехав в отпуск домой мой коллега вдруг узнал, что "срок действия паспортов старого образца истекает 31. 12. 1997". Пришлось ему совсем еще нестарый паспорт менять, конечно же, за свой счет. Во время повторной поездки в Бразилию местная полиция, до которой не довели решения нашего Кабмина, обнаружив несовпадение одной-единственной буквы в старом и новом паспортах, заставила его сделать и принести заверенный в посольстве перевод "нового" имени для подтверждения личности. Попробуйте объяснить нормальному человеку, а тем более чиновнику с чего это вдруг у Вас фамилия стала писаться иначе. Уж не скрываетесь ли Вы от Интерпола?
Перефразируя "Стихи о советском паспорте" В. Маяковского, в той их части где "на польский глядят как в афишу коза, на польский выпяливают глаза в тупой полицейской слоновости, откуда, мол, и что это за - географические новости", можно спросить "что это за - ономастические новости" в украинском паспорте. Вот вам и "волком бы выгрыз бюрократизм"...
Как теперь быть с выданным ранее международным водительским удостоверением, с электронным адресом в Интернете? Все это можно поменять, но во имя чего? Наконец есть вещи, которые поменять нельзя, говоря высоким "штилем", они уже состоявшийся факт истории. Хотя я и знаю свое скромное место в науке, но зачем мне отказываться от двух десятков научных публикаций в международных изданиях, переходить на другие инициалы и фамилию, будто я уже и не прежний автор. По фамилии автора оформляются приглашения на конференции, визы в посольствах, оно заносится в компьютерные базы данных, по нему выплачиваются гонорары. Это то, что называют ёмким понятием "имя", которое родители дать не могут, его нужно сделать себе самому. Если сказанное кому-то кажется неубедительным, то пусть он представит, как другой мой знаменитый однофамилец согласится по доброй воле поменять написание торговой марки водки "Smirnoff". Я такого представить не могу.
В ОВИРе сказали, что помочь мне переделать загранпаспорт может только замена внутреннего паспорта, наши соотечественники хорошо знают, во что это выливается. В связи с этим вспоминается случай, описанный И. Эренбургом в его известных воспоминаниях "Люди, годы, жизнь". В 30-е годы один рабочий-стахановец после публикации в "Правде" статьи о его трудовых достижениях, в которой была допущена случайная опечатка в написании фамилии героя, был вынужден поменять... паспорт. Ведь то, что пишет "Правда" не может быть неправдой; грамотность директив Кабмина как жена цезаря - вне подозрений!
Перечисленные языковые и прочие нелепицы оказывают дурную услугу украинскому языку и Украине. Такую политику нельзя назвать националистической в каноническом смысле этого слова. Категорически не приемля идеологию национализма, я все же считаю его патриотизмом, пусть и в извращенной форме. В данном же случае правильнее говорить о чистой русофобии, иррациональном стремлении дистанцироваться от всего русского, даже в ущерб украинскому. Одновременно в языковой политике прослеживается настойчивость (порой на грани навязчивости) в подчеркивании особой близости к Европе и вообще к "цивилизованному миру". Желаемое выдается за действительное. В Париже, где масса международных организаций, вывесок на английском языке меньше чем в Киеве. Имеются ввиду не только коммерческие вывески, там свой расчет, а дублирование на английский названий государственных и даже правительственных учреждений. Де-факто утверждается новое двуязычие - украино-английское. Последовательные националисты так не поступают. В Германии присутствие английского языка значительно сильнее, чем во Франции, но там это объясняется последствиями англо-американской оккупации половины территории страны и наличием многочисленных доныне американских военных баз... Тем временем духовная оккупация и американизация нашего ТВ зашла уже так далеко, что там стало неуютно не только русскому, но и украинскому языку.
Огосударствление живого украинского языка делает его пугалом в глазах учащейся неукраиноязычной молодежи, которая видит в нем, прежде всего препятствие на пути к высшему образованию. Если словосочетание "українська мова" вызывает у меня ассоциативный ряд, связанный с напевностью и поэтичностью украинской речи, полтавским говором моей бабушки, которую звали Наталкой-Полтавкой, то "держмова", извините за каламбур, ассоциируется с вненациональным держимордством: "держать и не пущать!" Бесплодные ономастические упражнения на держмове я бы отнес к болезням подросткового возраста. Нужно энергию и средства, отвлекаемые на них, направить на действительно полезные дела - вместо изуродования указателей на ремонт дорог, причем не только на Запад, но и на Восток. Можно уменьшить грабительские тарифы за оформление паспортов. Можно просто отдать долги бюджетникам-учителям украинского языка в школах. Беда только в том, что в последнем случае, никто заботы об украинском языке так и не заметит...

Александр Смирнов